|
ИСТОРИЯ |
|
Агат твёрдостью превосходит сталь, поэтому резчик должен был прибегать к помощи ещё более твёрдых минералов, служивших абразивом. Размельчённый корунд или алмаз под быстрым вращением врезался в поверхность камня, и таким образом вырезалось изображение. Как капля точит камень, так медленно абразив снимал слой за слоем с куска агата. Прихотливое чередование полихромных слоёв открывалось резчику только в процессе работы, так что какие-либо поправки в этом искусстве были невозможны. Труд резчика был настоящим подвигом. Крупные камеи - это подлинные "картины из агата", они требовали многолетней работы. "Для изготовления большой камеи,- писал археолог Э. Баблон,- нужно было столько же времени, сколько и для создания готического собора". Так, уже в XIX в. резчик А. Давид над камеей "Триумф Наполеона" трудился 15 лет! Сложность работы состояла и в том, что размельчённый абразив скоро полностью покрывал изображение и мастеру приходилось работать по памяти, почти вслепую. В лучших древних камеях эти трудности побеждены мастерством резчика, в самых совершенных образцах это - подлинная "живопись в камне", где и тончайшие переходы тонов, и контрасты цветовых пятен кажутся естественными, словно изначально заложенными в самом природном материале. Древние мастера чаще всего обращались или к арабскому сардониксу с его гаммой холодных серо-голубоватых тонов, или к сардониксу индийскому, в котором превалировали тёплые коричнево-красные оттенки. В шедеврах, составляющих гордость коллекции Эрмитажа, безымянные Александрийские резчики III в. до н.э. использовали все средства искусства, соединявшего в одно нерасторжимое целое пластику и живопись, рельеф и цвет. Меняя полировку поверхности камня, они умели придать, например, шлему - холодный блеск металла, а лицу - изменчивую матовость живой плоти.... Меняя толщину верхнего светлого слоя минерала, мастер, словно живописец, прибегающий к технике "лессировок", заставлял просвечивать сквозь него нижний, тёмный слой. Так создавалось впечатление светотеневой моделировки, с помощью нюансов беспредельно обогащалась цветовая гамма изначально двух- или трёхслойного агата - сардоникса. О. Неверов "Античные камеи" 1994г. Санкт-Петербург |
"Живопись в камне" - так метко называл один
из археологов XIX века рельефные полихромные камеи, вырезавшиеся на
сверхтвёрдых минералах. Очень давно, вплоть до восточных походов Александра
Македонского (вторая половина IV в. до н.э.) мастера предпочитали
углублённую резьбу печатей, делавших на оттиске в глине и воске миниатюрные
рельефы. Самые ранние камеи вырезались на одноцветном минерале: гранате,
гиацинте, аметисте... Яркий мажорный цветовой аккорд мерцающего
камня и блестящей золотой оправы привлекал как декоративная находка.
Но скоро резчики обратились к многослойным минералам, позволявшим
использовать более широкую гамму тонов и их переходов, учитывая тончайшие
нюансы. Первые камеи из многослойного агата, по-видимому, начали вырезать
в Александрии, при дворе Птолемеев (конец IV-III века до н.э.). Многие
из них - очень крупные и не могли использоваться ни в качестве печати,
ни в виде амулета. Это были редкие заказные работы, служившие царскими
дарами в храмы или дополнявшие пышный убор владык.